Йога в Саянах. Путь к совершенству
Cовершенство, самосовершенствование – стремление каждого человека (даже если он сам об этом не догадывается). Такова наша природа. Можно развиваться (совершенствоваться) вместе со всем человечеством, а можно процесс эволюции ускорить.
Йога – это наука, которая предлагает человеку не только философию, но и конкретные методы совершенствования в ускоренном режиме, вплоть до полного просветления уже в этой жизни (правда, неизвестно, сколько каждый до «этой жизни» шел).
Современному человеку, ведущему образ жизни, присущий западной цивилизации, очень сложно заниматься йогой. В древние времена йогой занимались или саньянсины (монахи) или люди, вырастившие детей, исполнившие свой долг перед семьей и отошедшие от дел. Вивекананда в своей лекции от 1895 года (а это не такие уж древние времена) говорит, что йог должен жить один. Что же делать, как заниматься йогой нам, в основном, работающим и семейным людям?
Летом 2005 года у всех желающих появилась возможность погрузиться в йогу по-настоящему. Я бы даже сказала о возможности жить, хотя бы и две недели, йогом-монахом. И дорогу до лагеря и жизнь в нем можно назвать настоящим испытанием для сильных духом. За время работы палаточного лагеря Школы Йоги «Крылья Совершенства» в Восточных Саянах в районе поселка Аршан, здесь побывали йоги из Москвы, Подмосковья, Санкт-Петербурга, Гатчины, Иркутска, Новосибирска, Липецка, Омска, Улан-Удэ, Вильнюса, Хельсинки, Барселоны.
Наш лагерь стоит в нехоженом месте. С севера, востока и юга территория ограничена полукольцом гор, за одним из перевалов которого расположено Мертвое озеро (в нем не водится рыба, поэтому так называется). С запада – крутым обрывом и горной речушкой, берущей начало здесь же, из родников. Высота 1777 метров над уровнем моря (замерено с помощью GPS). Туристические маршруты здесь не пролегают. Нами были обнаружены старое кострище и полуобожженные консервные банки (в малом количестве). Мы решили, что это следы охотников. Даже за травами сюда не ходят, очень далеко от поселка. Проводник Виталик доходил из поселка в лагерь за 6 часов. Ну, а мы, йоги, установили в этом году рекорды как по скоростному (Майтрейя из Питера), так и по сверхдлительному (14 часов) подъему. Этот 14-часовой подъем задержал нашу группу, которая должна была идти на следующий день, и мы вкушали прелести монашеской жизни ровно на сутки меньше?
Как живет лагерь? Хозяйка Лагеря Лея строго соблюдает распорядок. За несколько минут до начала занятий слышатся ее шаги (иногда они воспринимаются как шаги Командора) и голос: «Занятия через столько-то минут». Она обходит все палатки и идет заниматься на свое место. Выходить или не выходить на занятия – личное дело каждого. Кроме хозяйки лагеря, которая живет в горах с начала июня до середины сентября, работает инструктор йоги.
Еду готовят дежурные. Так сложилось, что кашу варили 2 раза в день вместо означенных четырех. Утром есть не хочется. Каша на воде, без соли и приправ, по желанию можно добавить растительного (был выбор: подсолнечное рафинированное и нерафинированное) масла. К каше были «витаминные» добавки из дикой петрушки и универсального овоща – ревеня. Из него получались баклажаны, кабачки, виноградные листья (как в долме) и т. д. и т. п. Еще из него же варили компот «из персиков». Обед и ужин украшали кулинарные фантазии и «танцующие» бурундуки. Рядом с кухней проживало целое семейство бурундуков, они очень забавные, конечно, но, по сути, все же - грызуны и вредители! Прогрызли Лее палатку.
От такой диеты, а, скорее всего, не только от нее, начиналась чистка организма со всеми ее прелестями. Порой, одолевала такая слабость, что на трехметровую горку взбирались с тремя остановками. Зато суставы гнулись – супер!
Мылись мы в «ванной». Ванна – это небольшой водоем с родниковой водой, в который взрослый человек погружается полностью только лежа.
Палатки стоят довольно далеко друг от друга. В какие-то дни мы встречались с жителями других палаток не раньше обеда, хотя во время занятий все видели друг друга.
Рельеф и погодные условия. Несмотря на то, что лагерь расположен на стыке зоны лесов и альпийских лугов, под ногами - далеко не лужайка. Почва покрыта разными видами мха, включая ягель, черникой, брусникой и зарослями карликовых берез ростом примерно по колено. Из-за уклона вода не застаивается, сходит очень быстро, но по причине этого же уклона . Погода при нас менялась отплоские места для занятий были в дефиците обжигающего солнца до грозы с градом. Хотя были и приятные деньки для занятий – дождя нет, но все небо затянуто пеленой облаков. Честно говоря, мне теперь уже кажется, что во время занятий дождь особенно не досаждал. Досаждали кровососущие насекомые, особенно вначале, когда к ним еще не привыкла.

В чем же суть лагеря? В этом уединенном месте высоко в горах разрежен не только воздух, но, я думаю, и поле мысли. Отсутствуют внешние раздражители (телевизор, телефон, работа, соседи и т.п.). Бытовые заботы минимальные: вымыться, постирать трусы, высушить одежду, спальник, во время дежурства накормить собратьев. Все. Главная задача жизни в этот период – занятия йогой. В таких условиях при желании можно увидеть все, что тебе мешает заниматься и, по большому счету, жить. Увидеть себя в истинном свете – это большая духовная работа. Каждому, кто приехал в лагерь не менее чем на 12 дней, дается шанс перейти на следующую ступень в своем развитии.
Конечно же, каждый привезет из лагеря свои выводы, свой опыт.
О своем опыте могу сказать, что второй раз в жизни я наглядно увидела, как йога меняет тело вплоть до костей и что впервые в жизни я досконально разобралась с техникой выполнения пранаям. В первое время выполнять дыхательные упражнения было очень тяжело, задержки стали совсем короткими. И - о, ужас и позор - я поняла, что неправильно выполняю полное дыхание – основу всех дыхательных техник. В какой-то момент на вдохе что-то перекрывалось, возникало напряжение в горле… Полное дыхание я не любила. Я прекрасно помню, нам говорилось, что если возникает чувство дискомфорта, что-то делается неправильно. Почему я дома не обращала на это внимание? А здесь 4 раза в день понимать, что я не дышу, а халтурю, стало слишком тяжело. Поневоле пришлось вникнуть и исправиться.
Также для меня был очень важен момент принятия обстоятельств. Я отчетливо чувствовала свои сопротивления всему: и палящему солнцу во время асан, и грозе, и ливню, и мошке, и своей слабости. Как я пойду назад, если по лагерю еле ноги волочу? Почему нельзя пользоваться реппелентами? Вообще-то я не сторонница химии (в смысле борьбы с насекомыми), но здесь - как шлея под хвост попала. Лицо, измученное не столько укусами, сколько бесконечными потираниями руками, возопило. И я, нарушая правило, побрызгала накомарник, сквозь ячейки которого пробирались мелкие мошки. Мошек не стало, но я чуть не задохнулась от запаха, страха и мук совести. Уползла в палатку и стала думать. В этом кристально-чистом воздухе да в очищенном теле вся бытовая химия действует как яд. Если я боюсь мошек, я могу не выходить из палатки и нести ответственность за свои невыполненные обязательства, но вредить окружающей среде я права не имею. Я сделала моральный выбор, стало легче, я заснула.
Следующее занятие было под проливным дождем. Я была в непромокаемых штанах, но сидела в лотосе, и дождь лил прямо в штанины. Кроме того, пенка, на которой я сидела, промялась подо мной, вокруг образовалась лужа. Очень быстро промелькнула мысль о том, что на случай, если дождь не прекратится, у меня есть еще комплект одежды и плащ, а дальше будет видно. Стало легко и радостно. Во время йони-мудры сердце, сначала бившееся учащенно, стало замедлять свои удары, стук все реже, вот, кажется, совсем остановилось; поднимающаяся энергия взрывается в анахате. В следующей мудре я чувствую тоненьку струечку, бегущую уже из анахаты выше. Струйка поднимается все выше, позвоночник вытягивается, мне кажется, что я расту, и длится это бесконечно…
Мне казалось, что я не засну в эту ночь. Я была переполнена благодарностью за этот лагерь, за дарованную возможность идти вперед. Я благодарила Школу, Георгия Богословского - нашего Учителя, Хозяина места и всех, кто принимал участие в организации лагеря.
После этого перелома стало легко. Я вспомнила слова из книги «Две жизни» о том, как трудное становится привычным, а привычное легким и слова Георгия Леонидовича, что регулярные занятия йогой воспитывают привычку преодолевать трудности.
В последний день в лагере я обращалась к Хозяину места и почувствовала его ответ. Это воспоминание мне тоже очень дорого.
Сейчас, вернувшись в город, я чувствую настоятельную потребность в ежедневных занятиях. Еще я очень хочу, чтобы в Москве или где-то поблизости был бы постоянно действующий йоговский ашрам.
В следующем году, возможно, лагерь передвинется ближе к камням, подальше от насекомых. А может быть, и нет. Надо будет просто запастись хорошей москитной сеткой!